Глава 2. Смерть

Кто-то из вас время от времени мечтает, особенно когда одиноко или пришла полоса неурядиц, что после смерти будет искать темный тоннель, как обещал Илья. По проведенным мной блиц-опросам в нашей среде последние годы эта идея стала превалировать над сгоранием в шар. Но это будет после смерти, а значит это можно вынести за скобки реальной жизни и продолжать обустраивать свинарник.

Однако вы упустили одну маленькую, но важную деталь. Я когда про это говорил, то упомянул, что часть из вас обосрется от прозрения, которое приходит вместе с развоплощением. На вас обрушится неприкрытая правда о ваших собственных поступках (включая тех, которые вы не замечаете каждый день, там вы их вспомните все одновременно). Сокрушения об упущенных шансах поступить правильно и понимание того, что каждый раз, предаваясь ложным импульсам самости, вы приносили частицу вашей жизни в жертву сатане. И вот так по каплям вы подарили ему всю жизнь. А вам казалось, что вы обустраиваете свое вечное существование в самсаре (свинарнике). Это знание, от которого вы сейчас старательно отворачиваетесь. Ведь осознание этого приносит боль.

После развоплощения вы увидите, что всю жизнь декларировали одно, а сами погружались в самсару. На этом поиски "тоннеля" закончатся. Вы будете так шокированы, что даже не вспомните про него. "Тоннель" будет лишь одной из нелепых ложных концепций, переполнявших вашу жизнь. В одном ряду с замужеством, карьерой, внуками, унитазом и пр. Все это станет ничем. А все, что останется с вами – это ужас от совершенных глупостей в погоне за еще большими глупостями.

Но что вы делаете сегодня, чтобы не обосраться после смерти? Вы для этого ищете "вторую половинку" или как сейчас говорят «отношения»? Вы бухаете после рабочего дня? Вы не в состоянии держать рот закрытым, когда никто, кроме вашего эго, не нуждается в ваших словах?

Вы медитируете утром хотя бы 15 минут? Вы помните о своей смерти при каждом поступке и при каждом разговоре?

Какие бы поступки вы делали, если бы знали, что вам осталось жить ровно год? Как насчет челенджа поставить себе предельный срок жизни один год, но не впадать в уныние по этому поводу, а оставаться бодрым и сверять с этим графиком вашей смерти ежедневные поступки? Иначе вы просто ведете себя так, как будто будете жить вечно.

Я имею в виду, что не ставить конкретную дату смерти, а сделать себе внушение, что у вас остался только один год. Но внушение нужно настолько серьезное, чтобы вы все время держали это в своем уме. В конце концов, это может оказаться правдой – никто ведь не застрахован от смерти.

Лично я постоянно держу в голове, как будут развиваться события, если я внезапно умру. Кто и как будет заботиться о людях, которые зависели от меня материально.

Вы спросите, но как же жить стратегически, если горизонт планирования всего один год? Это кажущееся противоречие. Об этом мы уже говорили на занятиях.

Ежедневные поступки нужно делать так, как будто жить осталось год, и даже этот срок лучше сокращать. Это может быть один день или один час. В этом есть практика непривязанности к жизни как к вашей собственности. Тем самым вы отрекаетесь от жизни как от того, что принадлежит вашему эго.

Также это раскрывает подлинный статус жизни как явления временного, а потому иллюзорного. Жизнь – это сон. Причем мало осознанный. Превратить жизнь в осознанное сновидение – это означает остановить мир, остановить этот сон. Ровно тот же смысл, что и при осознанных сновидениях. Сделать смерть своим «мрачным попутчиком» – это как взять в руки топор, который будет рубить вашу самость под корень, лишая ее бытие всякого смысла.

Многие поступки тогда окажутся лишними. Смерть – лучший советчик. Это молот, который разбивает тысячу омрачений.

Я знаю, что среди вас не так уж мало людей, которые тратят часть своей жизни на выяснение отношений с другими, восстановление справедливости, даже на ссоры между семинаристами. Порой предметом ссоры может быть незначительная денежная сумма (или какой-то другой идиотский повод), которая в тысячи раз меньше, чем ваш личный капитал, включающий квартиры, машины, накопления и прочий «бесценный хлам», на который вы меняете свою жизнь. Если бы вы стояли перед фактом того, что вам остался жить один час, стали бы вы выяснять справедливость? Спорить, кто из вас прав? Стали бы требовать с другого семинариста эти несчастные 100 евро? Тратя на это 59 минут из оставшегося часа? И вот вы получили эти 100 евро, и через 1 минуту умерли. Кто так поступает? Только слабоумные. Но именно так поступаете вы, дорогие мои ученики.

А как же практика даяния, о значении которой мы так много говорили? Когда вы отдаете кому-то хотя бы незначительную для вас сумму. Или вы думаете, что это относится только к даяниям мне? И желательно так, чтобы я был в курсе этого? Так это не практика, а торг. Но я не торговец, я ничего вам не продаю.

С этих простых шагов начинается практика прощения, когда вы можете прощать людям факт их существования. Отпуская материальное, вы учитесь отпускать и свои претензии к другим.

Сколько лет назад я вам давал практику памятования смерти? И что вы с ней сделали? Подумали, что есть еще и такая диковинная практика. И продолжили жить как жили. А теперь через 10 лет спрашиваете меня, а что практиковать? Звучит как издевательство.

Весь этот текст только про практику, как и большинство других моих текстов. Но ничего нового вы здесь не найдете. Все это я рассказывал много лет подряд и описывал в статьях на сайте. Если сейчас вы тоже не понимаете, что я тут пишу, то значит вам практика недоступна в этой жизни как категория действия. Так бывает.

Стратегия нужна для того, чтобы держать ее перед собой в качестве продолженного стремления, искать правильные пути внутри вашей жизни. А памятование о смерти нужно, чтобы вы не привязывались к этим путям и ни к чему другому, даже к стратегии. Как же так? Вот так. Можно действовать и не привязываться как к самим действиям, так и к плодам этих действий. И об этом, о привязанности к плодам, было сказано немало и написано тоже.

Стратегия определяет ценности и глобальные ориентиры, из этого происходят поиски тактических возможностей реализации и принимаются решения в вариантах развития тактических событий. Например, когда жизнь вам предлагает варианты развития вашей карьеры или новых «отношений», то вы не принимаете решения исходя из «хочу», а смотрите на то, соответствует ли эта тактика вашей стратегии – ведет ли она к реализации стратегии или наоборот, уводит от нее. При этом возможны ошибки, но это хоть что-то, хоть какая-то попытка не быть повидлом в проруби. И этот выбор можно осуществлять как логикой, предположением дальнейших событий, так и чутьем, интуицией, прислушиваясь к потребностям вашей души (термин довольно неоднозначный, но, возможно, он интуитивно более понятен славянскому менталитету).

Сама по себе стратегия не делает из вас «вечное существо», которое не понимает пределов текущей реинкарнации. «Вечное существо» из вас делает самость.

Из стратегии проистекают задачи тактического выбора, например шаги в карьере, рождение ребенка (второго, третьего), переезд в другой город, поиск новых «отношений», изучение каких-то техник для освобождения сознания. То, что будет вашим занятием продолжительное время, 5–10–20 лет. Но тактические задачи не могут противоречить стратегии, иначе это не стратегия, а пустая декларация. И тактика не может представлять собой некую самоцель, например, хочу родить, потому что так положено (кем и когда это было положено?). Это способ реализации стратегии.

Но опять же, при таком выборе «за левым плечом» (это метафора) должна стоять ваша смерть и смотреть на то, что вы делаете. Не отворачивайтесь от нее, не делайте вид, что ее не существует. Она как раз существует, поскольку неотвратима. И смерть можно победить только тем, что сделать ее союзником.

Жизнь, выстроенная таким образом, не будет бестолковым хаосом «вечного существа». Все лишнее будет отсекаться. Но чтобы это произошло, вам мало прочитать этот текст. Как еще вам сказать-то?

Чтобы смерть стала вашим советчиком, вам нужно, чтобы этот способ мышления пронзил ваш мозг, пропитал ваши нейронные связи, стал вашим образом мышления и мировоззрением. И это не просто упражнение, это то, что должно стать частью вас навсегда. Так же как это 30 лет назад стало частью меня, когда я впервые прочитал об этом в Кастанеде. Я сразу ухватился за эту концепцию.

Я не могу больше общаться с «вечными существами» и читать им дхарму, это не имеет никакого смысла. Когда я слышу, что вам от моего присутствия становится легче, то вы должны понимать, что это вообще не моя функция, чтобы кому-то становилось легче. Моя функция – делать тяжелее, невыносимо тяжело, чтобы жизнь перестала вас привлекать. Чтобы вы наконец-то ушли из жизни, высвободив то существо, которое вы поработили, которое все еще живет внутри вас и которое действительно нуждается во мне.

На своих занятиях я не учил как жить, я учил как умирать.

Я никогда не позиционировал себя иначе.

Мое учение не улучшит вашу жизнь, а принесет боль и лишения.

Если вы почему-то не слышали это раньше, то прочитайте это хотя бы сейчас.